Музыкальная жизнь

Журнал «Музыкальная жизнь» №9, 2011 г.

Интервью Марии Лазаревой о гастролях в Японии с артистом балета Фарухом Рузиматовым


И танец, и скрипка: Стихии вопреки

Автор: Александра Васильева


Природные катаклизмы, сотрясавшие Японские острова этим летом, не смогли помешать российским артистам: несмотря на разрушительные последствия страшного цунами и землетрясения, гастрольная балетная труппа во главе со звёздным Фарухом Рузиматовым выступила в Токио, Осаке и Нагое. И повсюду российских исполнителей встречали с восхищением и искренней благодарностью — события на атомной электростанции в Фукусиме побудили отменить свои выступления многих европейских артистов. Но для наших танцоров — солистов Большого, Михайловского, Мариинского и других театров, те гастроли стали жестом доброй воли и знаком единения народов, проводником которого неизменно являются культура и искусство.

«И за кулисами, и в залах, где мы выступали, — вспоминает участница гастролей, скрипачка Мария Лазарева (Москва), — царила удивительно тёплая и по-настоящему творческая атмосфера. Японцы всячески стремились подчеркнуть свою признательность российским артистам за то, что они не отказались приехать на эти «опасные», как нам говорили повсюду, гастроли. Конечно, по вполне понятным техническим причинам, часть спектаклей не состоялась, но те, что прошли, — прошли на аншлагах и под горячие аплодисменты...»

Гвоздём программы балетного гала стали три номера с участием Фаруха Рузиматова. Рузиматов — кумир японских балетоманов, у него в Японии много поклонников и преданных почитателей его таланта. В программе русского вечера были показаны хореографические фантазии на тему «Болеро» Равеля, «Кармен-сюита» и «Чакона» на музыку И.С.Баха — номер, который столичные любители балета впервые увидели два года назад в первом проекте «Кремлин-гала: Звёзды балета ХХI века».

Формат «Чаконы» — несколько необычный для современного балета, чаще предпочитающего фонограмму живому звуку. В «Чаконе» скрипка — не фон, а партнёр, и сам танец, монологический по воплощению, воспринимается как дуэт артиста с его душой, выраженной в музыке.

«Для меня приглашение в проект Фаруха Рузиматова — невероятная творческая удача и потрясающий профессиональный опыт, — признаётся Мария Лазарева. — Рузиматов — удивительный человек, у него такая тёплая энергетика, он просто приковывает к себе, к своему танцу с первого взгляда. От него невозможно оторваться — хочется бесконечно любоваться этой потрясающей пластикой, грациозностью движений. Он необыкновенно выразительно передаёт характер танца, и погружение в образ — до полной самоотдачи. Рузиматов — настоящий профессионал, и работать с ним — это серьёзная школа для любого музыканта».

Создатель «Чаконы» — Хосе Лимон. Мексиканец по происхождению, старший из двенадцати братьев и сестёр, он с 7 лет жил в Нью-Йорке, где в юном возрасте увлекся хореографией и впоследствии закончил данс-школу Дорис Хэмфри и Чарлза Вейдмана. Протанцевав в их труппе почти 10 лет, Лимон начал ставить собственные хореографические номера, а по возвращению из армии, создал свою труппу. Он признан одним из крупнейших мастеров стиля модерн. Его имя связано с выработанной им и распространенной в мире техникой танца, хранителем которой является основанный им более шестидесяти лет назад, действующий и сегодня танцевальный коллектив, объединяющий исполнителей высокого класса.

Среди самых известных его постановок — «Чакона в ре-минор» на музыку Баха, которую Лимон поставил в 1940 году и в которой он искал оригинальные пластические средства, чтобы соединить европейскую классическую музыку и американский танец модерн.

«В «Чаконе» много шагов, поклонов, — говорит Мария Лазарева. — Это старинный танец, рассказанный языком современной хореографии. А ведь, казалось бы, музыка «Чаконы» совершенно не предназначена для балета. Она равно сложна и для скрипача, и для танцора. В «Чаконе» нет эффектных виртуозных моментов, какие, к примеру, очень любил Паганини — стремительных пассажей, ритмических скачков. Вся сложность «Чаконы» — в её медленной пластике, за которой стоят глубина постижения и зрелость понимания, и в её внешней строгости, которая содержит в себе возвышенную эмоциональность и пре-дельную чувственность. В этом номере особо важны взаимодействие и внутреннее соответствие, резонанс партнёров. Здесь «Чакону» не сыграешь, как принято, — надо быть на одной волне. Но, когда «Чакону» танцует Рузиматов, это решает всё — ты просто следуешь движениям его танца, вторишь страданиям души его героя. Сложность, лично для меня, была чисто техническая: ты выходишь на сцену в полной темноте, потом луч света выхватывает из её мрака исполнителей, и включается подзвучка. Живой звук скрипки, многократно усиленный динамиками, заставляет тебя по новому услышать собственную игру — словно со стороны. Но, когда к этому привыкаешь, то начинаешь играть мягче, тоньше, более выразительно. А эффект в результате оказывается просто потрясающим — зрители «Чакону» всегда смотрят с особым пиететом и принимают восторженно».

Музыкальная жизнь

Журнал "Музыкальная жизнь", №1 2011.

Культура

Газета "Культура" №42, ноябрь 2010.

Культура

Газета "Культура" №41, 28 октября - 10 ноября 2010.

Музыкальная жизнь

Журнал "Музыкальная жизнь", июнь 2009.

Культура

Газета "Культура", апрель 2009.

Культура

Газета "Культура", апрель 2009.

Мелодия

Журнал "Мелодия", 2005. Часть 3.

Мелодия

Журнал "Мелодия", 2005. Часть 2.

Мелодия

Журнал "Мелодия", 2005. Часть 1.

Heilbronner Stimme

Heilbronner Stimme, 4 ноября 2008.

Культура

Газета "Культура", февраль 2008.

1